Sarvtor.ru

SarVtor.Ru
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Краткое содержание Б

Краткое содержание Б. Васильев «А зори здесь тихие»

  1. Описание персонажей
  2. Очень краткий пересказ
  3. Краткое содержание по главам
  4. Основная идея произведения

«А зори здесь тихие» – повесть, написанная Борисом Васильевым. Впервые она была опубликована в журнале «Юность». В 1972 и в 2015 году на основе книги вышли художественные фильмы.

Тогда и сейчас: как выглядят звезды культового фильма «. А зори здесь тихие»

Душещипательная кинокартина рассказывает о подвиге пяти молодых девушек-зенитчиц. Они мечтали о любви и семейном счастье, но жестокая война иначе распорядилась их судьбами. Через боль и страдания девушки выполнили воинский долг, пожертвовав своими юными жизнями. Актрисы, сыгравшие, отважных зенитчиц, заставили рыдать весь Советский Союз.

Ольга Остроумова

Актриса исполнила в фильме роль красавицы Женьки Комельковой. На тот момент Остроумова уже была звездой, так как сыграла в еще одной известной кинокартине Станислава Ростоцкого — «Доживем до понедельника». А для других артисток военная драма – дебют на большом экране.

Ольга Михайловна после съемок в фильме «. А зори здесь тихие» стала народной любимицей. Ее актерская карьера стремительно пошла в гору. На счету артистки более 60 ролей. Остроумова трижды была замужем. У звезды есть дочь Ольга и сын Михаил от второго супруга, режиссера Михаила Левитина. С 1996 года она состояла в браке с Валентином Гафтом. Народный артист России скончался в 2020 году.

Елена Драпеко

Для актрисы съемки в фильме стали первой большой киноработой. Она мечтала сыграть Женьку Комелькову, но была утверждена на роль Лизы Бричкиной. Успех военной драмы помог Елене Григорьевне громко заявить о себе. За плечами у Драпеко более 50 ролей. С начала 90-х артистка начала заниматься политической деятельностью. Сейчас она является депутатом Государственной Думы, членом партии «Справедливая Россия». Драпеко была замужем за актером Олегом Беловым, от которого родила дочь Анастасию.

Екатерина Маркова

Екатерина Георгиевна сыграла самую юную зенитчицу – Галю Четвертак. Для артистки эта роль стала дебютной и самой яркой в ее кинокарьере. На счету Марковой всего девять фильмов. Сейчас она является артисткой Московского театра «Ангажемент». У Екатерины Георгиевны есть сын Филипп и дочь Анна от актера Георгия Тараторкина.

Ирина Шевчук

Роль Риты Осяниной, единственной из героинь, которая успела выйти замуж и родить ребенка, хотела сыграть Ольга Остроумова. Однако утвердили Ирину Борисовну. Шевчук спустя два года после премьеры военной драмы стала заслуженной артисткой УССР, а в 1976 году получила Премию Ленинского комсомола за воплощение образов современников в кино. На счету звезды более 50 ролей. Сейчас она продолжает сниматься. Одна из ее последних работ – в сериале «Настя, соберись!», который вышел в 2021 году. У Шевчук есть дочь Александра от композитора Александра Афанасьева.

Тихие гости (роман)

Автор: Татьяна Мастрюкова

Жанр: мистика, подростковый хоррор

Издательство: Росмэн

Серия: Коллекция теней

Год издания: 2020

Похожие произведения:

  • Р.Л. Стайна «Ужастики» (серия)
  • Шамиль Идиатуллин «Убыр» (роман)
  • Дарья Бобылева «Вьюрки» (роман)

    Татьяна Мастрюкова — восходящая звезда русского хоррора. Но если вы не встречали ее имени в «Самой страшной книге», ничего удивительного. Писательница играет за «росмэновскую» команду, да и пишет типичный young adult. В этой категории Мастрюкова делает успехи — «Болотница», одна из предыдущих ее книг, заняла второе место в номинации «Триллер. Мистика. Хоррор» на конкурсе «Новая детская книга». Роман «Тихие гости» выдвинут на премию «Мастера ужасов-2020» ассоциацией авторов хоррора. Это подтверждает, что писательница не только мастерски владеет словом, но и чувствует себя в жанре как рыба в воде. «Тихие гости» Мастрюковой читаются на одном дыхании и будут интересны, по большей части, юным любителям ужасов. С другой стороны, даже зрелые поклонники жанра могут найти здесь что-то для себя. Начиная с умело поданной атмосферы деревенского хоррора и заканчивая яркими, врезающимися в память описаниями героев.

    Читайте так же:
    Расстояние между поддонами кирпича

    Негоже сравнивать Мастрюкову со Стивеном-Нашим-Все, поэтому скажем так: подобно некоторым, писательница создает свою вселенную. Те, кто читал «Болотницу» и «Приоткрытую дверь», найдут несколько пасхалок — полюбившиеся локации, персонажей… Делается это, с одной стороны, для фан-сервиса. С другой — увлекательно ведь следить за миром, который кирпичик за кирпичиком выстраивает автор! Переживать за героев и, как в омут с головой, нырять в новую историю.

    Но обратимся к сюжету. Речь пойдет о подругах Ане, Соне и Лере, которые решили провести зимние каникулы не где-нибудь, а в деревне. Шилиханово представлялось им отличным местом для отдыха и веселья, и даже странный случай с водителем автобуса они расценили как не заслуживающий внимания. Но странное поведение местных жителей — соседки Анисимовны, бормочущей что-то себе под нос, дяди Гены, который помог растопить печь, но упрямо не поворачивался к девочкам спиной — заставило подружек насторожиться. Впрочем, странности только начинались…

    И главная из них — те самые Тихие Гости, вынесенные в заглавие. Кто они, зачем пожаловали? Автор, подобно опытному игроку в карты, не спешит вынимать туза из рукава. Персонажи деревенской легенды с забавным названием «шуликуны» зачем-то ворвались в жизнь героинь. Нарушили ли девочки старинный обычай или стали жертвами проклятия — бог его знает. Мастрюкова не задается подобными вопросами и попросту ведет персонажей по сюжетным рельсам. Что касается главной интриги романа, то, возможно, читатель узнает, как сложится судьба полюбившихся героинь, в следующих книгах.

    Если к нераскрытым загадкам и некой сериальности «Тихих гостей» можно предъявить претензии, то атмосферой романа хочется только восхищаться. Писательница погружает нас в завораживающее белое безмолвие. Вместе с героинями мы гуляем по зимнему лесу, чувствуем запах еловых веток, идем к колодцу за водой. Но, несмотря на некоторую сказочность событий, нас не оставляет тревога, которую автор удачно нагнетает в романе.

    Этому также способствуют вставки «Из стопки на растопку» — страшные истории, которые встречаются героиням в старых газетах. Похожую «фишку» Мастрюкова и ранее использовала в своём творчестве: например, повествование в «Болотнице» разбавлялось «желтыми» сенсационными статейками.

    Складывается впечатление, что писательница пытается создать свой сериал LOST, но в русских декорациях и для подростковой аудитории. Получится у нее или нет, покажет время. Мы же будем с интересом наблюдать за развитием сюжетов, потому что уже одно только Шилиханово — очень любопытное место. В него хоть и страшно, но хочется возвращаться.

    Читайте так же:
    Силикатный кирпич теплопроводность снип

    Поддержите DARKER!

    Это важно! Нам нужна ваша помощь. Станьте спонсором DARKER и получите эксклюзивный ранний доступ к материалам из новых номеров и не только!

    Главные герои

    • Васков Федот Евграфыч – 32-х лет, старшина, комендант разъезда, куда прикомандированы на службу девушки-зенитчицы.
    • Бричкина Елизавета -19 лет, дочь лесника, жившая до войны на одном из кордонов в лесах Брянщины в «предчувствии ослепительного счастья».
    • Гурвич Соня – девушка из интеллигентной «очень большой и очень дружной семьи» минского врача. Отучившись год в московском университете, ушла на фронт. Любит театр и поэзию.
    • Комелькова Евгения – 19 лет, «характер ее был весел и улыбчив». У Женьки свой счет к немцам: ее семью расстреляли.
    • Осянина Маргарита – первая из класса вышла замуж, через год родила сына. Муж, пограничник, погиб на второй день войны. Оставив ребенка маме, Рита ушла на фронт.
    • Четвертак Галина – воспитанница детдома, мечтательница. Жила в мире собственных фантазий и на фронт ушла с убеждением, что война – это романтика.

    СОДЕРЖАНИЕ

    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • » .
    • 133

    А зори здесь тихие…

    На 171-м разъезде уцелело двенадцать дворов, пожарный сарай да приземистый длинный пакгауз, выстроенный в начале века из подогнанных валунов. В последнюю бомбежку рухнула водонапорная башня, и поезда перестали здесь останавливаться, Немцы прекратили налеты, но кружили над разъездом ежедневно, и командование на всякий случай держало там две зенитные счетверенки.

    Шел май 1942 года. На западе (в сырые ночи оттуда доносило тяжкий гул артиллерии) обе стороны, на два метра врывшись в землю, окончательно завязли в позиционной войне; на востоке немцы день и ночь бомбили канал и Мурманскую дорогу; на севере шла ожесточенная борьба за морские пути; на юге продолжал упорную борьбу блокированный Ленинград.

    А здесь был курорт. От тишины и безделья солдаты млели, как в парной, а в двенадцати дворах оставалось еще достаточно молодух и вдовушек, умевших добывать самогон чуть ли не из комариного писка. Три дня солдаты отсыпались и присматривались; на четвертый начинались чьи-то именины, и над разъездом уже не выветривался липкий запах местного первача.

    Комендант разъезда, хмурый старшина Васков, писал рапорты по команде. Когда число их достигало десятка, начальство вкатывало Васкову очередной выговор и сменяло опухший от веселья полувзвод. С неделю после этого комендант кое-как обходился своими силами, а потом все повторялось сначала настолько точно, что старшина в конце концов приладился переписывать прежние рапорты, меняя в них лишь числа да фамилии.

    — Чепушиной занимаетесь! — гремел прибывший по последним рапортам майор. — Писанину развели! Не комендант, а писатель какой-то!…

    — Шлите непьющих, — упрямо твердил Васков: он побаивался всякого громогласного начальника, но талдычил свое, как пономарь. — Непьющих и это… Чтоб, значит, насчет женского пола.

    — Вам виднее, — осторожно говорил старшина.

    — Ладно, Васков. — распаляясь от собственной строгости, сказал майор. — Будут тебе непьющие. И насчет женщин тоже будут как положено. Но гляди, старшина, если ты и с ними не справишься…

    — Так точно, — деревянно согласился комендант. Майор увез не выдержавших искуса зенитчиков, на прощание еще раз пообещав Васкову, что пришлет таких, которые от юбок и самогонки нос будут воротить живее, чем сам старшина. Однако выполнить это обещание оказалось не просто, поскольку за три дня не прибыло ни одного человека.

    Читайте так же:
    Отрезные диски для болгарки по кирпичу

    — Вопрос сложный, — пояснил старшина квартирной своей хозяйке Марии Никифоровне. — Два отделения — это же почти что двадцать человек непьющих. Фронт перетряси, и то — сомневаюсь…

    Опасения его, однако, оказались необоснованными, так как уже утром хозяйка сообщила, что зенитчики прибыли. В тоне ее звучало что-то вредное, но старшина со сна не разобрался, а спросил о том, что тревожило:

    — С командиром прибыли?

    — Не похоже, Федот Евграфыч.

    — Слава богу! — Старшина ревниво относился к своему комендантскому положению. — Власть делить — это хуже нету.

    — Погодите радоваться, — загадочно улыбалась хозяйка. — Радоваться после войны будем, — резонно сказал Федот Евграфыч, надел фуражку и вышел.

    И оторопел: перед домом стояли две шеренги сонных девчат. Старшина было решил, что спросонок ему померещилось, поморгал, но гимнастерки на бойцах по-прежнему бойко торчали в местах, солдатским уставом не предусмотренных, а из-под пилоток нахально лезли кудри всех цветов и фасонов.

    — Товарищ старшина, первое и второе отделения третьего взвода пятой роты отдельного зенитно- пулеметного батальона прибыли в ваше распоряжение для охраны объекта, — тусклым голосом отрапортовала старшая. — Докладывает помкомвзвода сержант Кирьянова.

    — Та-ак, — совсем не по-уставному сказал комендант. — Нашли, значит, непьющих…

    Целый день он стучал топором: строил нары в пожарном сарае, поскольку зенитчицы на постой к хозяйкам становиться не согласились. Девушки таскали доски, держали, где велел, и трещали как сороки. Старшина хмуро отмалчивался: боялся за авторитет.

    — Из расположения без моего слова ни ногой, — объявил он, когда все было готово.

    — Даже за ягодами? — бойко спросила рыжая. Васков давно уже приметил ее.

    — Ягод еще нет, — сказал он.

    — А щавель можно собирать? — поинтересовалась Кирьянова. — Нам без приварка трудно, товарищ старшина, — отощаем.

    Федот Евграфыч с сомнением повел глазом по туго натянутым гимнастеркам, но разрешил:

    — Не дальше речки. Аккурат в пойме прорва его. На разъезде наступила благодать, но коменданту от этого легче не стало. Зенитчицы оказались девахами шумными и задиристыми, и старшина ежесекундно чувствовал, что попал в гости в собственный дом: боялся ляпнуть не то, сделать не так, а уж о том, чтобы войти куда без стука, не могло теперь быть и речи, и, если он забывал когда об этом, сигнальный визг немедленно отбрасывал его на прежние позиции. Пуще же всего Федот Евграфыч страшился намеков и шуточек насчет возможных ухаживаний и поэтому всегда ходил, уставясь в землю, словно потерял денежное довольствие за последний месяц.

    — Да не бычьтесь вы, Федот Евграфыч, — сказала хозяйка, понаблюдав за его общением с подчиненными. — Они вас промеж себя стариком величают, так что глядите на них соответственно.

    Федоту Евграфычу этой весной исполнилось тридцать два, и стариком он себя считать не согласился. Поразмыслив, он пришел к выводу, что все это есть меры, предпринятые хозяйкой для упрочения собственных позиций: она-таки растопила лед комендантского сердца в одну из весенних ночей и теперь, естественно, стремилась укрепиться на завоеванных рубежах.

    Читайте так же:
    Дорожный кирпич по английски

    Ночами зенитчицы азартно лупили из всех восьми стволов по пролетающим немецким самолетам, а днем разводили бесконечные постирушки: вокруг пожарного сарая вечно сушились какие-то их тряпочки. Подобные украшения старшина считал неуместными и кратко информировал об этом сержанта Кирьянову:

    — А есть приказ, — не задумываясь, сказала она.

    — Соответствующий. В нем сказано, что военнослужащим женского пола разрешается сушить белье на всех фронтах.

    Комендант промолчал: ну их, этих девок, к ляду! Только свяжись: хихикать будут до осени…

    Дни стояли теплые, безветренные, и комара народилось такое количество, что без веточки и шагу не ступишь. Но веточка — это еще ничего, это еще вполне допустимо для военного человека, а вот то, что вскоре комендант начал на каждом углу хрипеть да кхекать, словно и вправду был стариком, — вот это было совсем уж никуда не годно.

    А началось все с того, что жарким майским днем завернул он за пакгауз и обмер: в глаза брызнуло таким неистово белым, таким тугим да еще восьмикратно помноженным телом, что Васкова аж в жар кинуло: все первое отделение во главе с командиром младшим сержантом Осяниной загорало на казенном брезенте в чем мать родила. И хоть бы завизжали, что ли, для приличия, так нет же: уткнули носы в брезент, затаились, и Федоту Евграфычу пришлось пятиться, как мальчишке из чужого огорода. Вот с того дня и стал он кашлять на каждом углу, будто коклюшный.

    А эту Осянину он еще раньше выделил: строга. Не засмеется никогда, только что поведет чуть губами, а глаза по-прежнему серьезными остаются. Странная была Осянина, и поэтому Федот Евграфыч осторожно навел справочки через свою хозяйку, хоть и понимал, что той поручение это совсем не для радости.

    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Карелия, 1975. — 112 с. — 90 000 экз.
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — ДОСААФ, Москва, 1977.
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Правда, 1979. — 496 с. — 200 000 экз.
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Советский писатель. Москва, 1977. — 144 с. — 200 000 экз.
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Дагучпедгиз, 1985. — 104 с. — 100 000 экз.
    • Георгий Березко, Борис Васильев «Ночь полководца»,«А зори здесь тихие. ». — Правда, 1991. — 500000 с. — ISBN 5-253-00231-6
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — 2010. — ISBN 978-5-17-063439-2
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Эксмо, 2011. — 768 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-699-48101-9
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — Астрель, 2011. — 576 с. — 2500 экз. — ISBN 978-5-17-067279-0
    • Борис Васильев «А зори здесь тихие. ». — АСТ, 2011. — 576 с. — 2500 экз. — ISBN 978-5-271-28118-1
    • Письмо сорока двух
    • В списках не значился
    Читайте так же:
    Кирпич лицевой rauf рустик 1нф

    Екатерина Маркова — Галя Четвертак

    Актриса родилась в семье писателей Георгия Маркова и Агнии Кузнецовой и, по-видимому, унаследовала их талант, ведь с 80-х начала работать сценаристом и издавать повести. Однако зрители знают Екатерину Георгиевну по ролям в фильмах «…А зори здесь тихие», «Дела сердечные», «Желаю успеха» и «Ты у меня одна».

    Актерскую карьеру Маркова забросила из-за смены приоритетов: вскоре после успеха «…А зори здесь тихие» она вышла замуж за Георгия Тараторкина, родила сына Филиппа и дочку Анну и посвятила себя семье. Наследник стал кандидатом исторических наук и преподавателем, а вот Аня — артисткой.

    Брак Тараторкина и Марковой считали идеальным, ведь за полвека никто не слышал об изменах или ссорах супругов. В последние годы жизни артист боролся с раком, а в феврале 2017-го умер в московской клинике, что стало ударом для жены. Двигаться дальше 74-летней актрисе помогают литературная деятельность и забота детей.

    «Выныривала из болота вся в грязи и тине»

    В финале фильма выжил лишь Васков, все девушки погибли. Писатель Васильев объяснил это так: если бы в живых осталась хоть одна девушка, произведение получилось бы нереалистичным. Борис Васильев сам был на фронте в 1942 году и знал, что от немцев тогда воевали лучшие солдаты – одолеть их девушкам в меньшинстве было невозможно.

    Съемки гибели стали для актрис настоящим испытанием. Режиссер хотел добиться правдоподобности, поэтому сцены были расписаны до мелочей.

    «Съемки гибели каждой из нас были настолько натуральными, что члены съемочной группы плакали. Когда мою героиню убивали, рану мне мазали бычьей кровью. Представляете: жара, мухи кружат над окровавленным телом, полное ощущение смерти. Девчонки, которые не видели, как меня гримировали, когда посмотрели на меня, лежащую, испугались. Настолько все выглядело натурально», – описывает сцену гибели своей героини Сони Гуревич Ирина Долганова.

    «Для съемок этой сцены пиротехник подложил мне заряд под гимнастерку на спине. Но, видимо, не рассчитал, много зарядил. Когда я побежала и заряды стали рваться, гимнастерка – в лохмотья, а меня с силой толкнуло. Я упала по-настоящему. Думала – сейчас погибну на самом деле. От ранения спасла дощечка, которую подложили на спине под заряд», – вспоминает гибель своей героини Гали Четвертак Екатерина Маркова.

    Самой тяжелой оказалась смерть Лизы Бричкиной. Специально для съемок в болоте взорвали динамит, чтобы в образовавшуюся воронку стекала болотная жижа. Туда актриса Елена Драпеко должна была прыгать и погружаться с головой.

    «Я уходила под воду с головой несколько дублей. И страшно было, и противно. Выныривала из болота вся в грязи и тине. А рядом стоял художник и поливал меня из чайника, чтобы смыть все это. И тут же делали следующий дубль», – вспоминает Драпеко.

    Три месяца картина пролежала на полке в Госкино: председатель Алексей Романов отказывался ее показывать. И лишь после того, как фильм увидел Брежнев, было принято решение выпустить его в широкий прокат.

    голоса
    Рейтинг статьи
  • Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector